Головчинское сражение – великая победа или нет?

Во время Великой Северной войны 1700-1721 гг. шведский король Карл XII летом 1708 года начал из Гродно поход на Восток. Шведская армия 7 (18) июня без боя заняла Минск, а 14 (25) июня переправилась через Березину. Далее возле местечка Головчин (или Галовчин) на Могилевщине 3 июля произошла битва, в которой русские были разбиты и бежали за Днепр. Здесь Карл XII одержал свою последнюю великую победу. Но российские авторы традиционно изображают это событие заурядным боем. Поэтому слова шведского историка Яна Линдгрена о том, что «Гродненский поход характеризуется одним из самых крупных, или даже самым крупным успехом Карла XII» (имеется в виду битва у Головчина) могут вызвать у многих читателей удивление и недоверие. 

 

Итак, 3 (14) июля 1708 года возле местечка Головчин, расположенном в нынешнем Белыничском районе Могилевской области, король Карл XII одержал свою последнюю крупную победу на поле брани. Все биографы шведского короля, и он сам тоже, единодушно считали это сражение вершиной его полководческого искусства. По словам шведского историка К. Лундблата, здесь «в последний раз взошла звезда счастья Карла XII». Знаменитый французский философ, историк и писатель Вольтер в своей книге, посвященной шведскому королю-воину, сказал так: «Из всех битв, в которых он победил, эта была, наверное, самая славная, так как в ней он очутился перед самой большой опасностью и показал самое большое умение». (См. книгу Вольтера «История Карла XII, короля шведского» (1731 г.), изданную на русском языке в 1900, 1901, 1909 гг.)

Но если мы откроем 4-й том Советской Исторической Энциклопедии, изданный в 1963 году, то увидим, что после статьи «Головнин» идет статья «Голодед», «Головчин» отсутствует. Зато статья «Лесная», посвященная разгрому обоза генерала Левенгаупта 28 сентября того же года, имеется в 8-м томе «СИЭ» (1965 г.). Ее объем – 40 строк, не считая карты. 

«Военный энциклопедический словарь» (издание 2001 г.) сообщает в маленькой статье (12 строк), что у Головчина русские войска (12 тысяч конницы, 10 тысяч пехоты, 4 тысячи казаков), не имевшие ни единого командования, ни четкого взаимодействия (хотя они сами виноваты, что не позаботились об этом – А.Т.), подверглись удару превосходящих сил шведов (18 тысяч конницы, 12 тысяч пехоты) и отступили. Выходит, что шведов было больше на 4 тысячи человек. 

Российский автор Н. Шефов пишет в книге «Битвы России» (Москва, 2002 г.), что в этом сражении русских было 28 тысяч человек, шведов – 30 тысяч. Опять-таки, численное превосходство на стороне шведов, правда, не на четыре тысячи, а на две. Если к тому добавить великолепную выучку шведских войск, их огромный боевой опыт и высокий моральный дух, становится совершенно непонятным, почему речь идет «о вершине мастерства шведского короля как полководца»? 

Секрет прост. На самом деле численное превосходство было на стороне русских, притом весьма значительное, минимум 10 тысяч солдат! Кроме того, они занимали выгодную оборонительную позицию. Но, несмотря на это, потерпели серьезное поражение и бежали, открыв шведам путь на Могилев и к Днепру. 

Чтобы установить количество шведских войск в сражении 3 июля, сделаем простейший расчет. После Головчина король Карл 7 июля занял без боя Могилев, оттуда вышел 5 августа по направлению к Смоленску. Не дойдя 14 верст до него, он повернул на Стародуб и неспешно двинулся в Украину по маршруту Батурин – Ромны – Гадяч – Веприк – Полтава. 

27 июня 1709 года состоялась Полтавская битва. В ней Карл XII использовал 8200 шведских пехотинцев и 7800 кавалеристов, а также Валашский (т.е. венгерский) конный полк (1000 человек). В осадных укреплениях вокруг Полтавы находились 2,5 тысячи шведов; вне поля битвы (на Ворскле) – 1800 шведских кавалеристов; в обозе 200 кавалеристов и 50 пехотинцев, в лазаретах 2250 раненых и больных. Всего шведских солдат и офицеров, округленно – 22.800 человек. Кроме них, под Полтавой было 11 тысяч казаков, присоединившихся к шведам в украинских землях, а также 6800 гражданских лиц (чиновники, конюхи, денщики, рабочие, жены и дети военных). Таков детальный подсчет П. Энглунда в его книге «Полтава: Рассказ о гибели одной армии», изданной в Москве в 1995 г. 

Итак, у шведского короля было при Полтаве менее 23 тысяч соотечественников в пехоте и кавалерии. И это после того, как генерал Левенгаупт привел к нему (12 октября 1708 г.) от Лесной около 6500 тысяч человек! Никаких других подкреплений шведскими войсками король с момента выхода в поход из Гродно не получал. Следовательно, за вычетом потерь при самом Головчине убитыми, умершими от ран, ставшими инвалидами (до 500 человек), а также небольших потерь от стычек и болезней с августа 1708 года по июль 1709 (максимум 500 человек), у него при Головчине было не более 18,5 тысяч кавалеристов и пехотинцев, но не 20, и уж никак не 30 тысяч. 

И в этом – главное! Имея значительно меньше сил, чем противник, король решительно атаковал русских, занимавших выгодную укрепленную позицию, разбил их и обратил в бегство! 

Так что же произошло при Головчине? Русская армия, под общим командованием генерала-фельдмаршала графа Б.П. Шереметьева, расположилась вдоль левого болотистого берега неширокой реки Бабич (или Вабич), укрепив свои позиции рогатками и земляными брустверами. Она закрывала дороги на Могилев, Шклов и Копысь. Линия фронта растянулась на 10 километров. Интервалы между его центром и флангами составляли до тысячи метров. В этих местах находились наиболее топкие болота. 

В центре стояли пехотная дивизия Шереметева (5 или 6 тысяч человек) и конная бригада Меншикова (4 тысячи), на правом фланге – пехотные дивизии генералов Алларта и Флюка (от 10 до 12 тысяч), на левом – пехотная дивизия генерала князя А.И. Репнина (5 или 6 тысяч) и 10 драгунских полков фельдмаршала-лейтенанта Г. Гольца (8 тысяч конницы). Позади русских войск находился лес. Левее Гольца, в верховье реки Бабич, находился конный отряд казаков князя М.М. Голицына (4 тысячи). В общей сложности русских войск было, как минимум, 36 тысяч, а не 26. 

Русские авторы всегда старались преуменьшить численность русских войск и увеличить число шведов, чтобы картина победы противника выглядела менее впечатляющей. Между тем Вольтер, со ссылкой на шведские документы, указал число русских в 39 тысяч! Это очень похоже на правду. Напомню, что в Полтавской битве с русской стороны участвовали 42 тысячи солдат и офицеров. 

В ночь со 2 на 3 июля шел сильный дождь, сменившийся туманом. Под прикрытием темноты и непогоды шведские солдаты быстро навели понтонный мост через неширокую реку к болотистому участку противоположного берега, где русские не ждали опасности. Здесь находилась дивизия князя Репнина. В три часа ночи пять пехотных полков во главе с королем Карлом под прикрытием артиллерийского огня устремились через мост в атаку. Форсировав болото, они отрезали дивизию Репнина от кавалерии Гольца. Бой проходил в густых прибрежных зарослях, не позволявших ввести в действие конницу. Дивизия Репнина после трех часов боя бросилась в лес, оставив шведам 10 пушек. К счастью для русских, болотистая местность затруднила шведам преследование. В этом бою Карл XII едва не погиб. Его лошадь увязла в болоте, шведские солдаты с трудом вытащили короля из трясины. 

Вслед за пехотой по мосту переправилась шведская кавалерия и атаковала расположенные правее (если смотреть от реки) конные полки Гольца. Не выдержав натиска, драгуны Гольца тоже обратились в бегство по дороге на Могилев. При этом наибольшие потери понесли Белозерский, Троицкий и Санкт-Петербургский полки. Войска русского центра, опасаясь флангового удара шведов, поспешно отступили к Шклову, войска Алларта и Флюка – к Копыси. 

В сражении при Головчине русские потеряли, по их данным, не более 1400 человек убитыми и ранеными, тогда как по шведским – 2700, и еще 630 – пленными. 

Потери шведов царь Петр сильно преувеличил. В письме генерал-адмиралу Апраксину он сообщил, будто бы погибли генерал, два полковника, около сотни офицеров, тысяча рядовых, а раненых было еще больше. Но Энглунд, на основе рапорта главного врача шведской армии, приводит в своей книге точные цифры: 255 убитых, 1219 раненых. Часть раненых позже умерла.

© Анатолий Тарас
Специально для «Аналитической газеты «Секретные исследования»